Сочинение про пушкина

К дню рождения Пушкина  — 6 июня — советуем вам ознакомиться с семью эссе о его жизни и творчестве.

«О гуманизме Пушкина»
Георгий Федотов

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!

Оценим за полчаса!

Федотов реабилитирует два до ужаса затершихся в России слова: «Пушкин» и «гуманизм».  Пушкин как «возможно единственный русский гуманист».
«Не всем и не во всем может помочь Пушкин. Блоку, пожалуй, он уже не мог помочь, как и большинству модернистов нашего фашистского и предфашистского времени.

Им нужны иные, более могущественные средства, чтобы спасти их от разложения. Но я принадлежу к тому поколению, или душевной формации, для которых Пушкин еще не утратил своей целительной и возрождающей силы.

В часы тоски и отчаяния, сомнений в человеке и человечестве мы раскрываем Пушкина, все равно на какой странице, и медленно пьем, — как назвать этот напиток? — не воду, конечно, но и не вино, — а какой-то божественный нектар, который вливает успокоение, надежду и любовь к человеку.

Словом, Пушкин для нас это то, чем был для Тургенева русский язык, уже не целительный для нас с тех пор, как мы узнали всю ту меру или безмерность лжи, какую он способен нести в мир. Но Пушкин жив, и пока он жив, еще не умер гуманизм, ибо Пушкин и есть наш великий гуманист, в каком-то смысле, может быть, даже единственный.

Невзирая на холод целого века Просвещения, подпочва русской жизни была и долго еще оставалась религиозно-горячей, и этого подземного тепла было достаточно, чтобы преобразить гуманизм Пушкина.

В своем сознательном мире Пушкин всегда был западником, или, по Достоевскому, всечеловеком. В подсознании он воспринял от своего народа больше, чем кто-либо из его современников.

Только это и позволило ему стать великим национальным поэтом не Московии, не Руси, но России».

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!
Читайте также:  Сочинение-описание картины зима пришла. детство тутунова (2 класс)

Оценим за полчаса!

«Закон русской истории»
Владимир Бибихин

Бибихин рассуждает о Пушкине как историке. Пушкин и Петр — «два монстра», отвечающие на вызов истории, вызов мира.

«Пушкинское осмысление Петра и России было прямым участием в ее истории.

На просторе вселенной под далекими звездами бездна, ураган, огонь, пир и чума параметры пушкинского мира, где слово и поступок одна расплавленная энергия.

Кто кроме него осмелился в России на такое собирание в самой середине огня. Кто, шагнув в огонь, приносил обратно такой подарок. Кто способен в принципе такое принять и вместить. Рядом с Пушкиным никого нет.

Петр «Полтавы» и Вступления к «Медному Всаднику» не портрет, не «реальность», не «возвышающий обман», а явление света, создание мира. Заглядывая в смерть, бездну и чуму, Пушкин несет то откровение, что человеческая история другого смысла кроме подвига, победы и праздника иметь не может.

Пушкинское заглядывание за край подготовлено, облегчено крайним опытом его страны и особенно петровской поры, к которой Пушкин настойчиво привлекает наше внимание: она предельная, окончательная, собрала в себе человеческую историю.

В странном Петре, глядящем как в зеркало в монстров, Пушкин угадывает человеческое существо, брошеное в вихрь и потому способное быть местом для мира, его безусловного принятия.

Ту же свободу Пушкин знает в себе. «Гордись: таков и ты, поэт, И для тебя условий нет». Он чувствует, что Петербург, середина русской истории, стал или мог стать и во всяком случае должен был стать — иначе всё бессмысленно — праздником мира; на краю бездны, в огне, среди чумы — всё равно. Пушкин знает что говорит: этот сказочный Петербург расположился под золотыми небесами».

«Пушкин и Европа»
Владимир Вейдле

Вейдле рассматривает Пушкина как того, кто утвердил Европу в России, Россию в Европе. Почему Европа не узнает себя в Пушкине.

«Пушкин весь обращен не к сомнительному будущему, а к несомненному и великому прошлому Европы.

Он ее еще видел целиком такой, как она некогда была, а не такой, какой постепенно становилась; именно эту Европу он для России открыл, России вернул, не «просвещение», от которого исцелился, не романтизм, которым так и не заболел, а старую, великую Европу, в ее зрелости, в ее здоровье, с еще не растраченным запасом поэтических, творческих ее сил. К этой Европе он сам всем своим существом принадлежал, будучи русским, любя Россию и ее одной и той же сыновней любовью, и если «Европа тоже нам мать», то потому, что Пушкин не на словах, а всем творчеством своим назвал ее матерью.

Он был последним гением, еще избегнувшим романтического разлада, еще не болевшим разделением личности и творчества, формы и души.

Когда-то это понял Мериме, полюбивший его издали, видевший французское в его прозе, но греческое в его стихах, поклонявшийся в нем последнему божеству своей собственной духовной родины.

Другие этому божеству изменили; как же им было понять творения поэта, метко застреленного европейцем, но плохо переведенного на европейские языки?

Европа восхищается воспринятой на азиатский лад, искусственно-экзотической Россией, но в Пушкине не узнает себя; если же узнает, то узнанного не ценит: ей хочется чего-нибудь поострее, поизломанней… А Россия, знает ли она еще, что Пушкин не только Пушкина ей дал, но и Данте, и Шекспира, и Гёте — а потому и Гоголя, и Толстого, и Достоевского, — что в его творчестве больше, чем во всех революциях и переворотах, совершилась судьба ее самой, что из всех великих дел, начатых или задуманных у нас, ни одно так сполна не удалось, но ни одно и не предано так всей историей нашей через сто лет после него, как именно его дело?

Пушкин — самый европейский и самый непонятный для Европы из русских писателей. Самый европейский потому же, почему и самый русский, и еще потому, что он, как никто, Европу России вернул и Россию в Европе утвердил. Самый непонятный не только потому, что непереводимый, но и потому, что Европа изменилась и не может в нем узнать себя».

«Пушкин»
Дмитрий Мережковский

Мережковский рассматривает Пушкина как прежде всего великого мыслителя и противопоставляет его последущим русским писателям.

«Пушкин — великий мыслитель, мудрец, — с этим, кажется, согласились бы немногие даже из самых пламенных и суеверных его поклонников. Все говорят о народности, о простоте и ясности Пушкина[497], но до сих пор никто, кроме Достоевского, не делал даже попытки найти в поэзии Пушкина стройное миросозерцание, великую мысль[498].

Эту сторону вежливо обходили, как бы чувствуя, что благоразумнее не говорить о ней, что так выгоднее для самого Пушкина. Его не сравнивают ни со Львом Толстым, ни с Достоевским: ведь те — пророки, учителя или хотят быть учителями, а Пушкин только поэт, только художник.

В глубине почти всех русских суждений о Пушкине, даже самых благоговейных, лежит заранее составленное и только из уважения к великому поэту не высказываемое убеждение в некотором легкомыслии и легковесности пушкинской поэзии, побеждающей отнюдь не силою мысли, а прелестью формы.

В сравнении с музою Льва Толстого, суровою, тяжко–скорбною, вопиющею о смерти, о вечности, — легкая, светлая муза Пушкина, эта резвая «шалунья», «вакханочка», как он сам ее называл, — кажется такою немудрою, такою несерьезною. Кто бы мог сказать, что она мудрее мудрых?

Христианство Пушкина: оно чуждо всякой теологии, всяких внешних форм; оно естественно и бессознательно. Пушкин находит галилейскую, всепрощающую мудрость в душе дикарей, не знающих имени Христа[608].

Читайте также:  Сочинение по рассказу царь-рыба

Природа Пушкина — русская, кроткая, «беспорывная», по выражению Гоголя: она учит людей великому спокойствию, смирению и простоте. Дикий Тазит и старый Цыган ближе к первоисточникам христианского духа, чем теологический Doctor Marianus. Вот чего нет ни у Гёте, ни у Байрона, ни у Шекспира, ни у Данте.

Для того чтобы найти столь чистую форму галилейской поэзии, надо вернуться к серафическим гимнам Франциска или божественным легендам первых веков».

«Судьба Пушкина»
Владимир Соловьев

Статья, наделавшая в свое время много шума: великий русский мыслитель «оскорбил» память великого русского поэта. Соловьев пытается понять замысле Божий о Пушкине и считает, что Пушкин этот замысле не выполнил.
«Мы знаем, что дуэль Пушкина была не внешнею случайностью, от него не зависевшею, а.

прямым следствием той внутренней бури, которая его охватила и которой он отдался сознательно, несмотря ни на какие провиденциальные препятствия и предостережения. Он сознательно принял свою личную страсть за основание своих действий, сознательно решил довести свою вражду до конца, до дна исчерпать свой гнев.

Все многообразные пути, которыми люди, призванные к духовному возрождению, действительно приходят к нему, в сущности, сводятся к двум: или путь внутреннего, перелома, внутреннего решения лучшей воли, побеждающей низшие влечения и приводящей человека к истинному самообладанию; или путь жизненной катастрофы, освобождающей дух от непосильного ему бремени одолевших его страстей. Беззаветно отдавшись своему гневу, Пушкин отказался от первого пути и тем самым избрал второй, — и неужели мы будем печалиться о том, что этот путь не был отягощен для него виною чужой смерти и что духовное очищение могло совершиться в три дня?»

«Пушкин и Гетё»
Сергей Аверинцев

Аверинцев сравнивает Первого Поэта России и Первого Поэта Германии.


«Как бы сложно ни обстояло дело с религиозностью Пушкина и тем более Гёте в смысле более или менее ортодоксальном, очевидно, что у каждого из них была некая religio poetae, вера, имманентная их творческой активности и решительно несовместимая с «вольтерьянством» как системой негативистской риторики и постольку модусом отношения ко всему сущему.

У Гёте были причины специально вспомнить в связи с этой внутренней борьбой против Вольтера выработку «правильного отношения к природе». Каждый, кто помнит обертоны слова «Natur» у Гёте, ощущает, что стоит за этим кратким замечанием. Поэзия Гёте и Пушкина существенным образом «поствольтерьянская».

Она в некотором глубинном смысле слова религиозна не потому, что это так называемая «религиозная поэзия», то есть не в меру введения религиозных тем и мотивов, но по характеру модальности, в которой разрабатываются любые темы и мотивы, в том числе весьма далекие от благочестия. Все определяется, собственно, углом подхода к теме, к мотиву, к собственному настроению и умонастроению: контекстом, в который поэзия каждый раз ставит личный голос поэта».

«Пушкин»
Константин Мочульский

Мочульский дает общий очерк жизни и творчества Пушкина.
«Предел поэзии — молитва прообраз художественного слова — божественный Логос. В стихах Пушкина совершается чудо воплощения слова. Незадолго до смерти поэт записал: «О, скоро ли перенесу я мои пенаты в деревню — поля, сад, крестьяне, книги, труды поэтические, семья, любовь и т. д. — религия, смерть».

Он умер примиренный с Богом, после исповеди и причастия.

Пушкин — величайший гений России; он основатель нашей национальной литературы, которой в конце XIX века суждено было стать мировой, — все это давно стало бесспорной истиной. Но Пушкин более этого: он наше «солнце», лучи которого освещают и согревают каждое русское сердце. Он «наше все», как сказал Достоевский.

Он входит в жизнь каждого из нас, как самый близкий, самый любимый друг. Именно в любви, которую он излучает из себя и возбуждает в нас, тайна его гения и залог бессмертия. Мы учимся у него, восхищаемся им» но прежде всего и больше всего мы любим его.

Это чувство выразил Тютчев в двух простых строчках
Тебя, как первую любовь,
России сердце не забудет!»

Сочинение про Пушкина Подписывайтесь на канал Предание.ру в Telegram, чтобы не пропускать интересные новости и статьи!

Присоединяйтесь к нам на канале Яндекс.Дзен!

Сочинение про Пушкина Автор статьи: Владимир Шалларь

Редактор медиатеки «Предание.Ру»

Источник: https://blog.predanie.ru/article/sem_esse_o_pushkine/

Пушкин для меня…

Сочинение про Пушкина

С самого детства нам читали произведения Пушкина, а именно его волшебные сказки которые уносили в зачарованный мир, дарили яркие воспоминания и развивали фантазию с воображением. Моя мама часто читала мне такие его творения как: «Сказка о царе Салтане», «Сказка о рыбаке и рыбке», «Сказка о попе и о работнике его Балде». А сказку «У Лукоморья дуб зеленый», я помню наизусть до сих пор. У Александра Сергеевича всего семь сказок и каждая из них по-своему интересная, по-своему добрая, и по-своему поучительная. Благодаря этим трем качествам даже современные дети с большим интересом читают эти, любимые мною, сказки.

А в старших классах я познакомилась с не мение замечательными — стихотворения и романами. Я считаю, казалось что Александр Сергеевич мастер своего дела, ведь он так профессионально описывал все чувства которые испытывали его герои. Его стихи довольно простой, но в них заложен глубокий смысл. Одно из моих любимых является:

  • Я вас люблю, — хоть я бешусь, Хоть это труд и стыд напрасный, И в этой глупости несчастной
  • У ваших ног я признаюсь!

Это стихотворение называется «Признание» которое мне до безумства нравится. Произведения Пушкина раскрывают нам богатства русского языка, глубину и силу слова.

Пред его словом не могли устоять никакое преграды, самодержавие боялось его правдивых обличений, прогрессивное общество внимало его пламенным призывам, человечество с нетерпением ждало его новых творений.

Мировое признание творчества Пушкина пришло позже, созданные им литературные традиции обогатили русскую культуры, подняли мир духовного развития на новую высоту. Творчество Александра Сергеевича -это наследие мировой литературы, а о своих произведениях сам поэт оставил великие строки:

«Я памятник себе воздвиг нерукотворный, К нему не зарастет народная тропа.»

У каждого из нас свой Пушкин для меня – это эталон, символ нашей культуры, творчество которого и по сей день находит все новых и новых поклонников не только в нашей стране, но и всем мире. Он «жег сердца людей» словом и произведения никого не оставляли равнодушным.

Александр Сергеевич величайший поэт, оставивший нам большое наследство. Пушкин вошел в мою жизнь с детства и думаю, останется до конца. Каждый находит в поэте что-то свое и понятное только ему, что и произошло со мной.

Кажется, что знаю его наизусть с детских лет, и все же каждый раз, читая его произведения, нахожу для себя что-то новое, прежде неизведанное.

28.05.2018 23:25 Мухамадиева Анара

Источник: https://bankreferatov.kz/sochineniya/56-sochi-na-russkom/8013-pushkin-dlya-menya.html

Биография Пушкина А.С. — Сочинение

А.С. Пушкин родился в Москве 26 мая 1799 года в старин­ной дворянской семье. Мать поэта, Надежда Осиповна Ган­нибал, происходила от Абрама Ганнибала, «арапа Петра Ве­ликого». Отцом его был Сергей Львович Пушкин, потомок старинного дворянского рода, обладающего в XVIII в. значи­тельным имуществом.

Семья Пушкиных вела широкую, от­крытую жизнь, у них царила атмосфера русского «вольтерьян­ства» и литературного любительства. В доме была очень боль­шая библиотека. Сам Сергей Львович писал стихи в альбомы своих знакомых, сочинял каламбуры, любил декламировать Мольера.

Дядя Пушкина, Василий Львович, был известным в своем кругу поэтом. Частыми гостями семьи были извест­ные писатели — Державин, Карамзин, Жуковский, Херас­ков, Дмитриев, Козлов, Батюшков. «Три Пушкина в Моск­ве и все они поэты», — замечал Батюшков в шуточном сти­хотворном «Запросе» к П.А.

Вяземскому, имея в виду Сергея Львовича, его брата Василия Львовича и их дальнего родствен­ника, Алексея Михайловича.

https://www.youtube.com/watch?v=03QaDFvu3nU

Пушкин с детства изучал французский язык и свободно читал в подлиннике Вольтера и Руссо. По замечанию млад­шего брата, Александр «проводил бессонные ночи и тайком в комнате отца пожирал книги одна за другой». В памяти Сергея Львовича сохранилась характерная сценка.

«В самом младенче­стве, — рассказывает он в своих воспоминаниях о сыне, — он показал большое уважение к писателям. Не имея шести лет, он уже понимал, что Николай Михайлович Карамзин — не то, что другие.

Одним вечером Николай Михайлович был у меня, сидел долго, — во все время Александр, сидя против него, вслушивался в его разговоры и не спускал с него глаз. Ему был шестой год».

Семейная обстановка не была для юного поэта слишком благоприятной. Любовь Пушкиных к светским развлечениям, некоторая безалаберность в ведении хозяйства, вспыльчивый нрав Надежды Осиповны — все это затрудняло его общение с родителями. Кроме того, Пушкин не был любимым ребенком, Надежда Осиповна отдавала явное предпочтение другим де­тям — Ольге и Льву.

Первыми воспитателями поэта были иностранцы, преимущественно французы. «Первым воспи­тателем, рассказывает сестра поэта, О.С. Павлищева, — был французский эмигрант, граф Монфор, человек образован­ный, музыкант и живописец; потом Русло, который писал хорошо французские стихи, далее Шедель и другие: им, как водилось тогда, дана была полная воля над детьми.

Разуме­ется, что дети и говорили, и учились только по-французс­ки».

Противодействовала этой атмосфере засилья французского языка бабушка поэта по матери, М.А. Ганнибал. Дельвиг «еще в Лицее приходил в восторг от ее письменного слога, от ее сильной простой русской речи».

Очень любил Пушкин и свою няню, Арину Родионовну, знавшую большое количе­ство сказок и русских народных песен. Стоит отметить здесь и дядьку поэта, Никиту Козлова, который явился затем прооб­разом Савельича в повести «Капитанская дочка».

Навсегда за­помнил поэт их совместные прогулки по Москве.

Уже в детстве Пушкин пытался сочинять стихотворения, написал даже поэму и комедию. В 1811 году Пушкина опре­делили в Лицей, который открылся осенью того же года в Царском Селе. Во главе его стояли люди достаточно прогрес­сивных убеждений (В.Ф. Малиновский). Благодаря лучшим преподавателям — А.П. Куницыну, И. К. Кайданову, П.Е. Геор­гиевскому, Д. И.

Будри — в Лицее торжествовал тогда либе­ральный дух. Среди лицеистов оказалось много поэтов, це­нителей литературы. Пушкин подружился с Иваном Пущи­ным, Антоном Дельвигом и Вильгельмом Кюхельбекером. Учился Пушкин не слишком прилежно.

Куницын, профес­сор логики и нравственных наук, замечает о своем ученике: «весьма понятен, замысловат и остроумен, но не прилежен вовсе».

Первые лицейские стихи Пушкина датируются примерно серединой 1813 года. Более двадцати стихотворений было на­писано им в 1814 году, одно из них было напечатано в июль­ском номере «Вестника Европы». И уже в 1815 году он пишет поэму «Бова», примером которой послужила одноименная поэма Радищева.

В период Отечественной войны 1812 года лицеисты пере­живали большой патриотический подъем. С живым участием провожали они проходящие через Царское Село русские вой­ска. Вот как писал об этом Пушкин в «Воспоминаниях в Царском Селе»:

  • Страшись, о рать иноплеменных!
  • России двинулись сыны;
  • Восстал и стар и млад; летят на дерзновенных,
  • Сердца их мщеньем зажжены.

Вострепещи, тиран! Уж близок час паденья!

Ты в каждом ратнике узришь богатыря.

Пушкин-лицеист страстно увлекается литературой. Он чи­тает Державина, Жуковского, Батюшкова, сам пишет очень много.

  1. Сижу ли с добрыми друзьями,
  2. Лежу ль в постели пуховой,
  3. Брожу ль над тихими водами В дубраве темной и глухой,
  4. Задумаюсь — взмахну руками,
  5. На рифмах вдруг заговорю.

В этот период Пушкин начинает посещать литературный кружок «Арзамас», где получает прозвище «Сверчок». И в это же время поэт знакомится с Чаадаевым, дружбу с которым сохранил на многие годы.

Замечательным событием в жизни юного поэта становится переводной публичный экзамен 1815 года, на котором при­сутствовал Г.Р. Державин. Пушкин читал свои «Воспомина­ния в Царском Селе» — Державин был в восторге. Он хотел обнять юношу, но тот в смущении убежал. «Вот кто меня за­менит!» — заметил Державин. Об этом событии Пушкин вспо­минает в 8 главе романа «Евгений Онегин»:

Старик Державин нас заметил И, в гроб сходя, благословил.

Яркий поэтический дар Пушкина был оценен и другими писателями. В.А. Жуковский писал: «Это надежда нашей словесности. Нам всем надобно соединиться, чтобы помочь вырасти этому гиганту, который нас всех перерастет».

В лицейских стихах Пушкина образ поэта — это зачастую образ беспечного певца любви, дружбы и пиров. Многие произведения его этого периода подражательны. На них ощутима несомненная печать классицизма, а также романтиз­ма Жуковского и Батюшкова.

В 1817 году, окончив Лицей, поэт поселился в Петербур­ге и поступил в Коллегию иностранных дел. Однако служба не интересовала поэта. Он увлекается театром, балами, заво­дит романы, участвует в дуэлях. В этот период Пушкин близко сходится с И.И. Тургеневым, П.Я. Чаадаевым, П.А. Кате­ниным.

Читайте также:  Сочинение по картине айвазовского корабль у берега

Он становится членом «Вольного общества любите­лей словесности, наук и художеств», вступает в литературно­политическое общество «Зеленая лампа». В этот период поэт создает ряд вольнолюбивых стихотворений: оду «Вольность», элегию «Деревня». Также Пушкин завершает работу над по­эмой «Руслан и Людмила». Известно, что В.А.

Жуковский в день окончания этой поэмы прислал Пушкину свой портрет с выразительной надписью: «Победителю-ученику от побежден­ного учителя».

Произведения Пушкина этого периода тяготеют к роман­тизму. Он освобождается от классицисте кой условности, на­ложившей печать на его лирику лицейского периода.

В этот период Пушкин становится популярнейшим поэтом в кругах вольнолюбивой молодежи. Пущин приводит выска­зывание Александра I о поэте: «он наводнил всю Россию воз­мутительными стихами». Поведение поэта казалось вы­зывающим.

В начале апреля 1820 года он принес в театр по­трет Лувеля — убийцы наследника французского престола, ге- роцога Беррийского. На потрете стояла надпись: «Урок царям». Император был крайне недоволен поведением поэта: Пушкину грозила ссылка в Сибирь или на Соловки.

Однако благодаря ходатайству Жуковского и Карамзина поэт был от­правлен на юг, в распоряжение генерала И.Н. Инзова, на­местника Бессарабии.

Однако прибыв в Екатеринослав, Пушкин тяжело заболел. Ехавшие на Кавказ Раевские ходатайствовали о его поездке на Кавказ для лечения. Так, Пушкин посетил Крым и Кавказ. По возвращении из своего путешествия поэт переехал в Кишенев, где прожил почти три года. Там он познакомился с членами «Южного общества» декабристов.

Для южной лирики поэта характерна романтическая направ­ленность. В этот период он создает стихотворения, отлича­ющиеся чистотой и глубиной переживаний («Мой друг, забыты мной следы минувших лет», «Умолкну скоро я», «Про­стишь ли мне мои ревнивые мечты»).

К кишиневскому пери­оду относятся вольнолюбивые стихотворения «Кинжал», «Уз­ник», «К Давыдову» и южные романтические поэмы — «Кав­казский пленник» (1821), «Бахчисарайский фонтан» (1822), «Братья-разбойники» (1821).

В Кишиневе же в мае 1823 года была начата работа над романом «Евгений Онегин» (1823).

Вскоре по ходатайству друзей Пушкин был переведен из Кишенева в Одессу. Здесь поэт продолжает работу над рома­ном «Евгений Онегин» и пишет большую часть поэмы «Цыга­ны».

Теперь начальником его становится генерал-губернатор граф Воронцов, натура очень сложная, своенравная. Со вре­менем между ними возник конфликт. Одной из причин того явилась личная неприязнь графа — Пушкин ухаживал за его женой, графиней Воронцовой.

В письмах поэт называет Во­ронцова «придворным хамом и мелким эгоистом», а в одной из эпиграмм замечает:

  • Полумилорд, полукупец,
  • Полумудрец, полуневежда,
  • Полуподлец, но есть надежда,
  • Что будет полным наконец.

Из-за конфликта с Воронцовым тайное наблюдение за ссыльным поэтом усилилось. Вскоре на основании одного из перехваченных писем его обвинили в атеизме, уволили со служ­бы и отправили в новую ссылку — в Михайловское.

В августе 1824 года поэт прибыл в Михайловское. Там он застал всю семью (родителей, сестру, младшего брата) и няню Арину Родионовну. Однако близость родных не утешила по­эта. Отношения с отцом были напряженными: Сергей Льво­вич согласился установить официальный надзор за «неблаго­надежным» сыном. Когда поэт узнал об этом, то произошла неприятная сцена.

Поздней осенью родители Пушкина покинули Михайловс­кое. Поэт остался в одиночестве. Он заметил в одном из пи­сем: «Буря, кажется, успокоилась. Уединение мое совершен­но — праздность торжественна.

Соседей около меня мало, я знаком только с одним семейством, и то вижу его довольно редко — целый день верхом — вечером слушаю сказки моей няни, оригинала няни Татьяны; она единственная моя под­руга — и с нею только мне не скучно».

Михайловский период был удивительно плодотворным. Происходит становление пушкинского реализма.

Он продол­жает работу над «Евгением Онегиным», работает над поэмой «Цыганы» (1824) и «Граф Нулин» (1825), пишет трагедию «Борис Годунов» (1824-1825).

Также им было написано бо­лее ста лирических стихотворений, среди которых такие ше­девры, как «Я помню чудное мгновенье», «Ненастный день потух», «Сожженное письмо», «Желание славы», «Пророк», «19 сентября», «Зимний вечер».

Одиночество тяготило поэта. С большой радостью встре­чал он в Михайловском своих друзей — сначала И.И. Пущи­на, а затем А.А. Дельвига.

Вскоре, живя в Михайловском, поэт узнает о восстании декабристов и о расправе над ними. С большим негодованием и волнением он воспринимает про­исходящие события, беспокоится о судьбах своих друзей.

Од­нако Жуковский и Вяземский советуют ему побыть пока в де­ревне.

В первых числах сентября 1826 года Пушкин приезжает в Москву. Он приглашен на беседу с Николаем I, решив­шим «приблизить» опального поэта, став его личным цен­зором. Аудиенция проходила без свидетелей. Известно, что Пушкин был смел и откровенен во время этой беседы.

На вопрос Николая 1, принял ли бы он участие в восстании, если бы находился тогда в Петербурге, поэт ответил утвер­дительно.

Пушкин провожал жен декабристов и передал с ними свои стихи (в их числе стихотворение «В Сибирь» и послание Пущину («Мой первый друг, мой друг бесцен­ный!»)).

С 1826 по 1831 гг. жизнь поэта — бесконечные скитания и переезды. Он живет то в Москве и Подмосковье, то в Ми­хайловском, то в Петербурге. В 1830 г. Пушкин просит руки Натальи Николаевны Гончаровой.

Вскоре он едет в Болди­но, чтобы вступить во владение имением, которое отец пода­рил ему к свадьбе.

Однако волею судьбы остается в Нижего­родской губернии на три месяца: в Москву въезд был закрыт в связи с карантином по случаю холеры.

Болдинская осень 1830 года — время расцвета поэтичес­кого гения Пушкина. В Болдине были написаны «Повести Белкина», «Маленькие трагедии», последние главы «Евге­ния Онегина», стихотворения «Бесы», «Элегия», «Ответ анониму».

Вскоре после свадьбы Пушкин переезжает в Петербург, где снова поступает на службу в Коллегию иностранных дел. Он начинает работать в архивах с целью изучения материалов к истории Петра Великого.

Тогда же он знакомится с Гого­лем, интересуется его творчеством. В этот период поэт ув­лечен темой Емельяна Пугачева.

Он едет в Казанскую и Орен­бургскую губернии — в места, связанные с восстанием Пуга­чева.

  1. Осенью же 1833 года Пушкин снова отправляется в Болди­но. Там он заканчивает «Историю Пугачева» и создает поэму «Медный всадник», в которой звучит настоящий гимн Пе­тербургу:
  2. Люблю тебя, Петра творенье,
  3. Люблю твой строгий, стройный вид,
  4. Невы державное теченье,
  5. Береговой ее гранит.

Семейная жизнь отнимала много сил, времени, требова­ла больших расходов. Пушкин стал отцом четырех детей.

Желая постоянного присутствия Натальи Николаевны на при­дворных балах, царь в конце 1833 года пожаловал Пушкину звание камер-юнкера, что являлось для поэта скрытым ос­корблением.

«Я пожалован в камер-юнкеры (что довольно неприлично моим летам); но двору хотелось, чтобы Наталья Николаевна танцевала в Аничкове», — замечает он в днев­нике.

В 30-е годы Пушкин обращается к прозе. В 1832-1833 г. появляется «Дубровский», в 1833 г. — «История Пугачева» и «Пиковая дама», в 1836 г. — «Капитанская дочка». В конце 1835 г. Пушкин становится издателем и редактором журнала «Современник».

В 30-е годы отношения поэта со светским обществом все более обострялись. Пушкин получил несколько ано­нимных писем, порочивших честь его семьи. Поводом для конфликта послужило ухаживание француза Дантеса за Натальей Николаевной. Пушкин вызывал его на дуэль.

Однако дуэль была расстроена благодаря просьбам прием­ного отца Дантеса, барона Л. Геккерена. Дантес женился на Е.Н. Гончаровой. Но вскоре конфликт возобновился. Дантес продолжал преследовать Наталью Николаевну. И в янва­ре 1837 года Пушкин отправляет барону Л.

Геккерену, письмо, результатом которого стала дуэль, состоявшаяся 27 января 1837 года, во время которой поэт был смертельно ранен. Дантес же получил легкое ранение в руку и быстро выздо­ровел. Через два дня (29 января) Пушкина не стало.

Похо­ронен он был в Святогорском монастыре.

Здесь искали:

  • биография пушкина сочинение
  • сочинение биография пушкина
  • сочинение на тему биография пушкина

Источник: https://sochineniye.ru/biografiya-pushkina-a-s/

Эссе «Мой Пушкин»

Нет в России такого человека, который бы не знал имени Александра Сергеевича Пушкина. Пусть даже пара строк, но у каждого они пробуждают своё. Чистое и светлое. Недаром же кто-то сказал, что Пушкин – это солнце нашей поэзии.

Не просто солнце – «мороз и солнце»! Именно зимние пейзажи дарят мне его лучезарную улыбку. Быть может, потому, что я, как и поэт, не так люблю лето?! «Ах, лето красное, любил бы я тебя, когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи…» .

Хотя с комариного писка когда-то он (Пушкин) для меня и начался: «Тут он в точку уменьшился, комаром оборотился, полетел и запищал, судно на море догнал, потихоньку опустился на корабль – и в щель забился».

Помню, с какой тревогой я следила за нелёгкой судьбой князя Гвидона Салтановича. Как восхищалась смекалкой Балды. Как смеялась над жадностью старухи.

Потом ко мне пришёл другой Пушкин. Пушкин лукоморья и Черномора, младого хазарского князя Ратмира и раздвинувшего «пределы богатых киевских полей» Рогдая. Наверно, тогда я поняла, что история – одна из самых интересных сказок.

А ещё повзрослев, увидела, что такой легкомысленный на первый взгляд поэт необычайно глубок. Каждое его произведение по – своему прекрасно и интересно. Оно несет в себе скрытый смысл, указывающий на пороки людей, общества и даже государства.

Александр Сергеевич жил в нелёгкое время: восстание декабристов, правление Николая I (Палкина), ссылки, казни, жесткая цензура. И многие его стихи пропитаны гордостью за своих друзей, решивших изменить (пусть и безуспешно) ход истории и желанием свободы.

Так, например, во вроде бы обычном дружеском послании « К Чаадаеву», он поддерживает дух несломленных судьбой друзей:

  • Пока свободою горим, Пока сердца для чести живы, Мой друг, отчизне посвятим Души прекрасные порывы! Товарищ, верь: взойдет она, Звезда пленительного счастья, Россия вспрянет ото сна, И на обломках самовластья
  • Напишут наши имена!

Да и самого поэта можно, наверно, назвать «звездой пленительного счастья». Как яркая звезда промелькнул он на небосклоне: слишком короткую жизнь и в слишком «холодное» время прожил, но сумел пленить сердца на века.

Меня взял без боя в плен «Евгений Онегин». Каждую работу, которую мы делали во время изучения этого романа, я выполняла с особенным трепетом и вниманием.

На уроке мы обсуждали образование Онегина – мне так хотелось пройти по его следам в Летнем саду и даже прочесть Адама Смита.

Читали про то, что «жизнь однообразна и пестра, и завтра то же, что вчера», а я под впечатлением этих строк и бала, на который мы как раз ходили в музей, мечтала станцевать с Онегиным мазурку. Пушкин грустит:

Страстей игру мы знали оба; Томила жизнь обоих нас;

В обоих сердца жар угас…

Онегин хандрит: «Но и в деревне скука та же…». А я взахлёб читаю роман и как-то само собой, без указания учителя, запоминается письмо Татьяны: «Я к Вам пишу. Чего же боле…» . вот и я пишу о Пушкине и думаю: «Что я могу ещё сказать?». Ведь сказано с только прекрасных слов.

Написано столько книг и стихов… «Только сейчас, проходя пядь за пядью Пушкина моего младенчества, вижу, до чего Пушкин любил прием вопроса: «Отчего пальба и клики? — Кто он? — Кто при звездах и при луне? — Черногорцы, что такое?» — и т. д.

Если бы мне тогда совсем поверить, что он действительно не знает, можно было бы подумать, что поэт из всех людей тот, кто ничего не знает, раз даже у меня, ребенка, спрашивает.

Но раздраженный ребенок чуял, что это — нарочно, что он не спрашивает, а знает, и чуя, что он меня ловит, и ни одной подсказке не веря, я каждую, невольно, видела, — строка за строкой, как умела, по-своему, стихи — видела. Историческому Пушкину своего младенчества я обязана незабвенными видениями», — открыла себе и миру этого поэта Марина Цветаева. Но всё же слова поэта:

Чем меньше женщину мы любим, Тем легче нравимся мы ей И тем ее вернее губим Средь обольстительных сетей

сбываются и века спустя. Не зная обо мне, Пушкин обольстил и «погубил», навсегда заразив своим солнечным и (простите за вольность) морозным талантом.

Овсянникова Юля 9 «Б» класс

МАОУ г.Владимира «Лицей №14»

Источник: https://xn--j1ahfl.xn--p1ai/library_kids/moj_pushkin_004849.html

Ссылка на основную публикацию